Теория Местного

01

Почему развитие возникает не везде

В похожих условиях одни территории оживают, а другие стоят на месте. Деньги, программы и инфраструктура есть у обеих. Значит, дело не только в них.

Развитие принято обсуждать через ресурсы. Кажется очевидным: если есть финансирование, инфраструктура, кадры, программы поддержки и формальные институты, развитие становится вопросом времени и грамотного администрирования.

Практика с этой формулой спорит. На одних территориях при сопоставимых или даже меньших ресурсах запускаются инициативы, возникают связи между людьми, новые формы занятости, устойчивая экономическая активность. На других при всех формальных условиях — исполнение программ, единичные акции и короткие эффекты, которые не переходят в самоподдерживающееся развитие.

Это не исключение, а симптом. Ресурсы, институты и программы — условия, но не причина развития. Принимая условие за причину, управление попадает в ловушку ресурсного подхода: нет результата — значит, ресурсов мало, нужно ещё. Круг замыкается. Ловушка держится на трёх иллюзиях.

Ловушка возникает, когда условие принимают за причину.Ресурсы и инфраструктура создают возможности, но сами по себе не порождают развитие.

Теория Местного исходит из другого: первичны не ресурсы, а появление человека, способного действовать в конкретной среде. Это касается и жителей, и тех, кто распоряжается ресурсами: команда управления, которая не действует сама, лишь администрирует показатели — сколько бы денег у неё ни было.

Поэтому теория начинает с другого вопроса. Не «что нужно иметь?», а «как появляется тот, кто начинает действовать, и как его действие превращается в устойчивое изменение?»

02

Социальное действие

Всё начинается с действия одного человека — осмысленного и ориентированного на других людей. Это самая маленькая единица развития: из неё складывается всё остальное.

В обычной речи «социальным» называют помощь людям, общественную работу, благотворительность. В социологии это слово значит другое. Понятие ввёл немецкий социолог Макс Вебер:

«Социальным действием мы называем действие, которое по предполагаемому действующим лицом смыслу соотносится с действием других людей и ориентируется на него».Макс Вебер, «Хозяйство и общество»

Теория Местного опирается на Вебера, но формулирует определение для своих задач:

Социальное действие

Поведение человека, которому он придаёт субъективный смысл и которое по своему замыслу ориентировано на других людей.

У социального действия два признака. Первый — смысл: человек выбирает, а не реагирует автоматически. Второй — ориентация на других: действие их учитывает, даже если человек делает что-то в одиночку. Предприниматель один открывает мастерскую, но думает о покупателях — и его действие социальное.

Социальное — не значит доброе. Критерий не моральный, а структурный: есть ли в замысле другой человек — как адресат, партнёр, зритель, конкурент. Конкуренция, сделка, спор — такие же социальные действия, как сотрудничество. Человек может действовать ради выгоды, признания или самореализации — если его действие ориентировано на других людей, оно становится частью общей жизни.

Вебер различал социальные действия и по тому, что ими движет:

Инициатива — частный случай социального действия

Практика развития обычно начинается с инициативы: найти активных, поддержать их проекты, тиражировать удачное. Но инициатива — это уже проявленная, оформленная активность, предъявленная среде. Она отвечает на вопрос «что проявлено?», но не на вопрос «как это возникло?».

Многие люди действуют, не оформляя это как проект и не подавая заявок на гранты, — внутри своих организаций, в профессиональных сообществах, в отношениях с соседями. Поиск «готовых активистов» оставляет их в слепой зоне. А активность, вызванная конкурсом или грантом, нередко исчезает вместе со стимулом.

Не всякое действие становится инициативой, но всякая инициатива вырастает из действия. Поэтому теория смотрит глубже: не «где найти инициативных», а как возникает действие, как включить в него других и как сделать его повторяемым.

Через социальное действие человек перестаёт быть наблюдателем и становится участником среды.

03

Среда и население

Глава видит округ. Человек живёт в своём дворе, своём коллективе, среди своих людей. Среда — это не место на карте, а система отношений, в которую человек включён.

В управлении «среда» обычно совпадает с территорией: городская среда, сельская среда. Теория Местного понимает её иначе. Среда — это система социальных взаимодействий: сложившиеся связи, нормы, практики, иерархии и ожидания, которые организуют поведение людей по отношению друг к другу.

Такая среда может совпадать с территорией, а может выходить за её пределы или быть намного уже: рабочий коллектив, профессиональное сообщество, соседи по подъезду. И среда — не пассивный фон: у неё своя инерция, она может поддерживать новое действие, а может его гасить.

Один и тот же человек одновременно находится в нескольких средах, и в каждой его позиция своя. Он может быть глубоко включён в жизнь своей профессии и почти не включён в жизнь своего района. Поэтому говорить о человеке как о «включённом вообще» нельзя: включённость — всегда включённость во что-то конкретное.

Даже когда среда — это территория, она почти всегда меньше и конкретнее муниципалитета. Житель села формально живёт в округе, но его среда — само село, его улицы, проблемы и соседи. Внутри одного посёлка тоже бывают микротерритории: крупная дорога или давнее деление разводят людей, которые почти не общаются друг с другом. В городе своей средой человек считает прежде всего двор, подъезд, микрорайон. Но на селе нет того, чем город компенсирует неустроенный двор, — парков и скверов: если разбита дорога, она разбита для всех. Поэтому проблема там острее — и при этом сильнее объединяет.

Развитие определяется не характеристиками населения

Население принято описывать численностью, возрастом, доходами, образованием. Но среды с похожими цифрами живут по-разному: одни запускают изменения, другие остаются инертными при тех же исходных данных.

Развитие среды определяется не характеристиками населения как такового, а структурой и динамикой его социального действия.

Структура — как распределены люди в среде по тому, как и на что они действуют. Динамика — переходы людей между этими позициями. Два муниципалитета с одинаковой численностью, возрастом жителей и занятостью могут иметь совершенно разную структуру социального действия — а значит, и разный потенциал развития.

04

Кто такой Местный

Местный — это не житель. Это позиция человека по отношению к среде: он считает её своей, отвечает за неё и действует в ней.

В обычном языке «местный» — тот, кто здесь живёт или родился. Это территориальная метка: она ничего не говорит о том, как человек относится к среде и действует ли в ней. Можно десятилетиями жить на одном месте и оставаться в стороне от его жизни. А можно только приехать — и сразу начать действовать как свой. Разница не в месте, а в позиции.

Местный

Человек, который воспринимает определённую среду как свою зону ответственности и осуществляет в ней осмысленные действия, ориентированные на других и на изменение этой среды.

«Я здесь не случайно. Это моё.
Я могу влиять на это».Внутренняя установка, которая делает человека источником изменений.

Местный появляется не тогда, когда понял, а тогда, когда сделал. Можно годами знать о проблемах своей среды и переживать их — и оставаться наблюдателем.

Местный — не статус, а позиция, которая подтверждается действием. Статус — житель, сотрудник, руководитель — держится сам, даже при полном бездействии. Позицию не дают и не наследуют: её каждый раз подтверждает поступок. Поэтому она подвижна: человек может занимать её в одной среде и не занимать в другой. На работе он ведёт общее дело, а на собрание жильцов своего дома не придёт никогда. Или наоборот. Это нормально. И это значит, что в любой среде в любой момент может появиться тот, кто займёт позицию Местного.

Позиция Местного созидательна по самому своему устройству: «своё» — значит то, за что я отвечаю, а не то, что я потребляю или разрушаю.

05

Три позиции: невключённые, потенциально включённые, Местные

Люди в любой среде занимают по отношению к ней разные позиции. Теория различает их не по характеру и не по активности, а по тому, есть ли у человека выбор и на что этот выбор направлен.

Четыре типа действия по Веберу (глава 02) объясняют, почему человек действует. Но не говорят, на что направлено его действие и к чему оно приведёт: из расчёта можно строить карьеру только для себя, а можно запустить дело, которое изменит всю организацию. Поэтому Теория Местного опирается на Вебера как на фундамент и добавляет два вопроса.

Есть ли осознанный выбор? Действие по привычке — без выбора. Остальные — с выбором. На что направлен выбор? На личные цели — или на изменение среды. Так получаются три позиции.

Это классификация не людей, а их позиций в конкретной среде. Человек переходит между ними: невключённый становится потенциально включённым, когда привычный порядок перестаёт его устраивать; потенциально включённый становится Местным, когда его действие обретает направленность на среду; Местный может вернуться назад, если действие угасло и его никто не поддержал. Эти переходы и есть развитие.

06

Как человек становится Местным

Переход от наблюдения к действию — не постепенный, а пороговый. Можно годами переживать и обсуждать — и оставаться наблюдателем. А можно в один день решить и сделать.

За этим порогом стоят четыре стадии, и выпадение любой останавливает переход.

1. Столкновение с ситуациейчеловек замечает разрыв между тем, что есть, и тем, что могло бы быть: разбитый подъезд, неудобный порядок на работе, нет секции для детей — или возможность: специалист видит, как улучшить процесс, предприниматель — незакрытую потребность
2. Интерпретацияглавная развилка: «это от меня не зависит» или «это можно изменить, и я могу повлиять»
3. Принятие ответственностивнутренний шаг «это касается меня» — инициирующий («я начну») или поддерживающий («я поддержу»)
4. Первое действиезвонок, обращение, разговор с соседями или коллегами, предложение руководителю, помощь делом — порог перейдён

Интерпретация зависит не от тяжести ситуации, а от того, как человек её понимает: в одной и той же ситуации один скажет «от меня ничего не зависит», другой — «попробую». Обе формы ответственности полноценны: развитие невозможно без тех, кто подхватывает и продолжает начатое. Если человек пришёл на собрание, потому что позвали и неудобно отказать, — он ещё не включился. Если пришёл, потому что сам решил, что это важно, — включился, даже если идею ему подсказал кто-то другой.

Что мешает и что помогает

Поэтому развитию не нужно, чтобы каждый стал инициатором. Достаточно нескольких инициирующих Местных — их пример и созданная ими рамка открывают путь многим поддерживающим, для которых порог входа гораздо ниже.

07

От действия к траектории

Одно действие — ещё не развитие. Развитие начинается, когда действие усиливается. Оно повторяется, вовлекает других людей, обретает форму и доходит до результата.

Чтобы показать механику, возьмём самый простой пример — пустырь во дворе. Тот же путь проходит действие на работе, в профессии, в сообществе.

1. 01Действиежитель впервые выходит и убирает мусор на пустыре во дворе
2. 02Повторвыходит снова и снова: «это не вспышка»
3. 03Вовлечениезовёт соседей, создаёт общий чат, координирует
4. 04Оформлениеграфик субботников, договорённость с управляющей компанией о вывозе мусора
5. 05Результатпустырь становится зелёным уголком с лавочками

невключённыепотенциально включённыеМестные

Началоодин человек Субботникподключились соседи Результатзелёный уголок

По ходу такой траектории возникают три роли:

Это функции, а не типы личности и не ступени иерархии. Все три роли может выполнить один человек, а могут разные: начал один, собрал соседей другой, довёл до результата третий. Важно лишь, чтобы каждая была кем-то выполнена. Большинство траекторий не доходит до преобразователя — и это не провал: даже незавершённая траектория оставляет пример, опыт и новые ожидания.

Почему траектории обрываются

Нет повторения — шаг сделан и забыт. Нет вовлечения — человек действует один. Нет оформления — всё держится на энтузиазме. Нет фиксации результата — никто не видит, что изменилось. Поэтому среде нужна поддерживающая система — люди, сообщества, институты или цифровые инструменты, которые помогают удержать, собрать, оформить и зафиксировать. Она не создаёт Местных и не заменяет их мотив — она не даёт действию угаснуть.

08

Сопротивление среды

Среда не нейтральна. Сложившийся порядок сопротивляется изменениям — и это не сбой, а закономерность: там, где нет сопротивления, изменение, скорее всего, не затронуло ничего важного.

• Инерционное«всегда так было», «работает — не трогай». Без автора и без злого умысла.
• Административноерегламенты, согласования, отказы по формальным основаниям.
• Социальноедавление окружения: «не высовывайся», «тебе что, больше всех надо?».
• Конкурентноепротиводействие тех, чьи ресурсы, влияние или статус затронуты.
• Ценностное«это неправильно», «это разрушает наши традиции». Самое глубокое.

В жизни они переплетаются: за административной отговоркой может стоять инерция, за конкуренцией — социальное неодобрение. Понимать тип сопротивления важно, чтобы не воевать с процедурой там, где на самом деле расходятся ценности.

Отношение к сопротивлению показывает зрелость позиции: невключённый избегает, потенциально включённый реагирует, Местный принимает и продолжает, преобразователь использует сопротивление как источник знания о среде.

09

Воспроизводство и экономика опыта

Пока изменение держится на конкретных людях, оно уязвимо. Развитие становится устойчивым, когда действие начинают повторять новые люди — в новых подобных средах.

Усиление превращает действие в траекторию. Воспроизводство превращает траекторию в систему, которая не зависит от своих создателей. Для этого нужны пять механизмов:

1. Передачаопыт оформлен так, чтобы его понял тот, кто в нём не участвовал
2. Упрощениеновому человеку не нужно проходить весь путь проб и ошибок
3. Нормализацияновое перестаёт быть затеей одиночки: «у нас так заведено»
4. Отделение от личностидело продолжается без своего создателя
5. Распространениепрактику подхватывают другие дворы, организации, муниципалитеты

Признак устойчивого развития: действия, направленные на изменение среды, повторяются новыми людьми в новых подобных средах.Ни массовость активности, ни распространение «по команде сверху» таким признаком не являются.

Экономика опыта

Что передаётся, когда практика воспроизводится? Опыт.

Информации сегодня много, знания доступны. Дефицитен опыт: он прожит и не копируется простым пересказом. Именно он сокращает путь от намерения к поступку. Опыт можно зафиксировать и передать, им готовы пользоваться — значит, у него есть экономическая ценность.

Экономический эффект — не только деньги. Это сэкономленное время, сниженный риск, больше шансов довести дело до результата, доверие между людьми. И опыт, в отличие от других ресурсов, при использовании не расходуется, а обогащается: каждое новое применение добавляет ему новые обстоятельства. Среда, накопившая такой опыт, получает преимущество — каждое следующее действие в ней удаётся легче. Развитие становится накопительным.

Первый проходит путь проб и ошибок. Следующий — путь по готовому опыту: быстрее, дешевле, с меньшим риском. Каждое новое применение добавляет опыту обстоятельств, и следующему будет ещё легче.

Так замыкается цикл: действие рождает опыт, опыт передаётся и воспроизводится другими, даёт экономический эффект и запускает новые действия.Система развивается не по прямой, а через накопление и распространение опыта.

10

Морфология локальной жизни

Чтобы понять, почему среда живёт так, а не иначе, мало знать, что в ней есть. Нужно увидеть, как в ней устроена жизнь людей.

Морфология локальной жизни

Структура устойчивых взаимосвязей между людьми, их смыслами, связями, ролями, нормами, практиками, пространствами, ритмами, знаниями, образами и обменами, через которую на конкретной территории воспроизводится совместная жизнь и возникает способность к социальному действию.

Морфология отвечает не на вопрос «что есть на территории?» и не на вопрос «чего хотят жители?» — на такие вопросы люди обычно называют знакомые решения. Она ищет другое: как люди живут на самом деле, на кого ориентируются, где проходит граница «своего», где и когда возникает совместное действие, кто способен создавать новое.

Двор без связейЖивой двор

В посёлке открыли вечерние занятия в 18:00 — никто не ходит. Напрашивается вывод: «людям ничего не нужно». Морфология смотрит внимательнее. Половина работающих возвращается из соседнего города только к 19:30. Школьный зал по вечерам свободен, но взрослому без ребёнка туда «не принято». А на мастер-классы для детей родители и так ездят в город — значит, спрос есть, он просто утекает.

Это не три случайных факта, а одна конфигурация — морфологический паттерн. И из него уже видно, что делать: другое время, другая площадка, местный автор.

Морфологический паттерн

Подтверждённая повторяющаяся конфигурация элементов локальной жизни, которая объясняет, почему среда живёт так, а не иначе.

Паттерн — не тип населённого пункта и не шаблон мероприятия. Два двора одного года постройки могут жить совершенно по-разному. Поэтому между территориями переносят не «удачное мероприятие», а решение, которое сработало в похожем паттерне.

Сначала сценарий жизни — потом инфраструктура.

Округ — это несколько локальных территорий

Современный муниципальный округ — это, как правило, несколько населённых пунктов: центр, сёла, посёлки. Морфология не считает округ одной средой. Её единица — локальная территория, и её границу задают не карта, а реальные связи, маршруты и совместная жизнь людей. В одном округе может быть несколько локальных территорий с разной жизнью. Несколько соседних сёл, связанных школой, работой и родством, могут оказаться одной. А большой посёлок — распасться на несколько сред. Поэтому граница территории для морфологии — гипотеза, которую проверяют в поле.

Двенадцать элементов

Чтобы увидеть паттерн, морфология рассматривает двенадцать элементов локальной жизни. Ценность не в каждом по отдельности, а в их пересечении. Вот как из элементов складывается паттерн — на том же примере.

11

Что это меняет для территории

Если развитие начинается с действия, задача управления — не только распределять ресурсы, но и создавать условия, в которых действия людей возникают, закрепляются и повторяются.

Почему десятилетия программ и бюджетных вложений в одних местах дают развитие, а в других — нет? Теория видит корень в разрыве двух логик. Государственное и муниципальное управление исторически выстроено вокруг ресурсов: бюджет, инфраструктура, штаты, нормативная база. Люди в этой логике — получатели услуг и объекты программ. А социальное действие начинается не с ресурса, а с мотивации человека, который перестал считать среду внешней.

Чиновник не знает, кто на его территории действует, а кто лишь присутствует; кто способен стать организатором, а кто — преобразователем.Эта управленческая слепота — не злой умысел: она встроена в саму оптику ресурсного подхода.

Отсюда знакомые следствия: программы не достигают целей, инициативы гаснут без поддержки, активные люди выгорают или уезжают, а пассивность большинства воспринимается как приговор. А ресурсы, вложенные в среду, где их некому осмыслить и использовать, порождают имитацию: показатели растут, отчёты заполняются, а среда остаётся невключённой.

Теория предлагает не очередную программу, а смену оптики: первично не то, чем среда располагает, а то, как в ней действуют люди. Глава перестаёт быть только распределителем ресурсов и становится оператором среды. Его задача — не «освоить бюджет в срок», а создать условия, в которых действия людей закрепляются, усиливаются и воспроизводятся.

На территории механизм проходит понятный путь: действия людей усиливают друг друга, из повторяющихся действий складываются локальные сообщества, появляются операторы развития — устойчивые формы, которые связывают людей, ресурсы и направления, — и вместе с этим возникают экономические эффекты: рабочие места, предпринимательство, доходы людей, налоговая база.

Показатели, которые вы смотрите в аналитике на главной, — доходы бюджета на жителя, налог на доходы физических лиц, налоги на совокупный доход, — следствие. Они растут там, где люди действуют, а не только там, где больше вложено.

У Местного нет предвзятости к органам власти. Он не считает, что они должны сделать всё за него, и не видит в них помеху. Он рассчитывает на себя, а обращается туда, где без власти вопрос не решить или где помочь — её обязанность по закону. Ресурсы ускоряют развитие, но не заменяют его: первична траектория социального действия.

С чего начинается включение

Сред у человека много, и механизм в них один. Включённость, появившись в одной среде, может переходить в другую: человек, который однажды сделал что-то сам, иначе смотрит и на свой двор, и на свою работу. Поэтому начинать не обязательно с самого трудного.

Порог ниже всего в совместной культурной жизни территории — празднике, событии, творчестве. Всё, что теория называет ускорителями перехода, здесь собрано вместе:

• участие добровольно
• не нужны полномочия и особая квалификация
• результат виден сразу
• результат общий
• рядом другие

Поэтому именно здесь включение начинается быстрее всего — и отсюда переходит в другие среды.

Главное коротко

Эпилог

От практики — к школе

Теория Местного выросла не в кабинете. Она — итог соединения двух линий: научной и практической.

Сначала была модель инициативного развития территорий: она описывала, как локальные инициативы дают социально-экономический эффект. Применение в муниципалитетах подтвердило главное и показало предел: модель слишком зависела от внешних условий. Тогда фокус сместился с инициативы на социальное действие. Из модели выросла технология, а из опыта работы — теория, которая соединила всё в единую систему и дала общий язык науке, практике и технологии.

Институт — это Фонд. Он держит Теорию Местного как методологическую основу, развивает технологию, соединяет науку и практику и сопровождает внедрение на территориях. Следующий шаг — научно-практическая школа.

Развитие начинается с человека, который перестал быть наблюдателем и начал действовать в своей среде. Когда это действие повторяется, вовлекает других, обретает форму и достигает результата — возникает траектория. Когда траектория передаётся, упрощается, нормализуется и отделяется от создателя — возникает система. Когда система накапливает и обменивает опыт — возникает экономика развития.Теория Местного, заключение